Все по барабану

Уж сколько раз миру твердили, рассказывали и показывали истории про сумасшедших творцов, готовых самовыражения ради отринуть отца, мать, да и вообще все сущее. Очередную трактовку вечного сюжета представляет «Одержимость» - фильм про юного джазмена-барабанщика Эндрю, который мечтает стать великим музыкантом любой ценой. Ему в буквальном смысле по барабану все на свете – кроме этого самого барабана.
Разумеется, ни один падаван не растет без монструозного сэнсея, функции которого в данном случае исполняет дирижер Теренс Флетчер. Нравы в оркестре, которым он управляет, больше похожи на порядки во взводе морпехов: глаза на командира не поднять, чуть слажал – обложат трехэтажным, не понял с первого раза – вылетел из арм… в смысле, со сцены. Да и внешне лысый и пучеглазый актер Симмонс («Оскар» за лучшую роль второго плана в прошлом году – по делу) напоминает скорее сержанта, чем джазмена. Основной конфликт в «Одержимости» строится на взаимном мерянии двух героев амбициями и крутизной. Очарованный попаданием в лучший джаз-банд Америки Эндрю поначалу сносит все издевательства стоически, но потом - следует бунт и серия мстительных ударов с обеих сторон.
Технически картина сделана отлично, даже если джаз как таковой от тебя далек: сцены изнурительных репетиций сняты с динамикой и накалом боевых драк, Симмонс рвет и мечет, а Теллер владеет палочками весьма недурно для актера. Снять держащий в напряжении фильм по сути на основе джазового концерта – уже большой успех. За виртуозным монтажом и звукорядом не теряется и мысль. В руках более мейнстримового режиссера и большой студии «Одержимость» вполне могла бы стать классическим байопиком о тернистом пути к славе – трудная судьба барабанщика в Америке с неизбежным братанием помудревших ученика и учителя где-нибудь на концерте в честь Чарли Паркера - именно его, потому что как раз на знаменитого трубача Эндрю и ориентируется в своих мечтах. Но полудебютант Шайзелл не зря взял главный приз не в какой-нибудь Венеции, а на фестивале независимого кино в Санденсе: его трактовка событий более многомерна.
О том, что настоящий успех приходит только к психам, мы догадывались и раньше. Нарочитая смазливость Майлза Теллера в главной роли не должна вводить в заблуждеиие: Эндрю – далеко не иеромонах, а неприятный для окружающих самовлюбленно-параноидальный зануда. С Флетчером еще веселее: в его мире, как он сам признается, самое ужасное слово – «молодец», а главный метод воспитания - швыряние стульев. Вспоминая примеры из жизни – например, ментально близкого Флетчеру сэра Алекса Фергюсона, метавшего бутсы в Бэкхема в свое время, - стоит признать, что методика имеет право на существование. Только вот стал ли Эндрю в итоге искомым Чарли Паркером – или хотя бы Бэкхемом от джаза – так до конца и не ясно.
Оборванный на полуслове – точнее, на полутакте – финал, возможно, избавляет картину от того самого заунывного морализаторства «большого кино», где авторскую мысль в тебя вколачивают раскаленными гвоздями, но при этом и бросает зрителя слегка разочарованным, с вопросом «и чо?». Одержимость-одержимостью, но стоит ли разбивать в кровь руки, личную жизнь и отношения со всем миром ради триумфального соло, за которым следует неизвестно что?.. Вопрос зависает в воздухе, как последний дребежжащий звук недоигранной партии.
‹ Предыдущий пост
Торфорезы просят огня
Следующий пост ›
Славные ублюдки
0
11.01.2016 14:19:42
Все верно написал. Я одно не понял: оценил ли Эндрю в итоге педагогический вклад Флетчера в себя или в конечном итогу подумал "как же меня угораздило-то"?
Ссылка 0
0
11.01.2016 15:23:57
думаю, что оценил. но опять же - это один из подвешенных вопросов фильма
Родитель Ссылка 0
0
11.01.2016 16:46:09
А для меня осталось подвешенным твое отношение к фильму) Смотрели его прошлой зимой. При всей виртуозности вызвал ощущение вторичности. Ты вот про Бекхема вспомнил, мне Натали Портман с ее лебедем пришла на ум, с друзьями еще несколько аналогичных творений припоминали.
Родитель Ссылка 0
0
11.01.2016 18:18:37
сходные ощущения)
Родитель Ссылка 0